Иммунопатология

Трансплантационный иммунитет

Трансплантационный иммунитет





Отдельным, самостоятельным разделом иммунологии является трансплантационный иммунитет, который по своей значимости выходит за рамки только этой науки, поскольку он имеет важнейшее значение для самостоятельного раздела медицины - трансплантологии. В то же время именно иммунные процессы являются «камнем преткновения» для трансплантологов, поскольку они обуславливают процесс отторжения пересаженного органа или ткани.

Ваша оценка: Нет Средняя: 2.4 (8 votes)

История вопроса о трансплантационном иммунитете





Впервые пересадку ткани в эксперименте осуществил в 1824 г. Рейзингер, трансплантировавший роговицу, а в 1852 г. была произведена первая кератопластика у человека.

Гораздо раньше начались попытки пересадки не отдельных органов или их частей, а трансплантация целой ткани. Речь идет о гемотрансфузии. В 1667 г. Дени и Эммерез (Франция) произвели переливание крови ягненка обескровленному юноше, что, естественно, закончилось неудачей. В 1819 г. английский акушер Бланделл осуществил переливание крови от человека к человеку. Однако только после того как немецкий ученый Ландштейнер установил наличие у человека групп крови, а чешский врач Янский подтвердил этот факт и положил его в основу проведения гемотрансфузий у людей, переливание крови прочно вошло в арсенал медицины.

Однако ни кератопластика, ни гемотрансфузии не поставили перед врачами никаких трансплантологических проблем, поскольку роговица индифферентна в антигенном отношении, а переливание крови проводится главным образом с заместительной целью при кровопотерях, и за период ее разрушения иммунными силами организма кровь уже успевала выполнить свою основную функцию - спасти больного. «Отторжение» чужеродной крови происходило безболезненно для организма реципиента. Правда, столкнувшись с проблемой групп крови, гемотрансфузиологи поняли, что может быть перелита не всякая кровь, а лишь та, которая является наименее чужеродной для организма реципиента. Но, во-первых, группы крови в то время не связывались ни с иммунитетом, ни с генетикой, а во-вторых, переливание одногруппной крови практически не ставило перед врачами ни иммунологических, ни, тем более, трансплантологических проблем.

Впервые эти проблемы появились тогда, когда врачи стали применять при ожогах пересадку кожи. Было замечено, что кожа, пересаженная от другого человека, через 12-14 дней погибает, и на месте пересаженного кожного лоскута образуется рубец. Однако за этот период пересаженный чужеродный кожный лоскут успевал выполнить свою «противоожоговую» функцию, а кроме того, в данной ситуации чаще всего применялась пересадка собственной кожи пациента с другого участка его тела. Таким образом, в этом случае проблема тканевой несовместимости перед врачами опять-таки не вставала.

И лишь в конце 50-х - начале 60-х гг. XX в. возникла новая наука - трансплантология, изучающая в числе других вопросов причины и механизмы приживления и отторжения пересаженных органов и тканей. Толчком к ее развитию явилась операция по пересадке почки. Первые больные с трансплантированной почкой вскоре после операции погибали, а при вскрытии их тел обнаруживалось, что пересаженный орган находится в состоянии полной и глубокой деструкции. Ричард Лоулер - хирург из Чикаго - произвел первую трансплантацию почки еще в 1950 г. После смерти больного врач ужаснулся, увидев при вскрытии на месте почки массу омертвевшей ткани. И то, на что смотрел хирург, было результатом не плохой техники операции, а следствием иммунной агрессии со стороны организма против пересаженного органа.

Однако, надо заметить, что и пересадка почки не поставила перед врачами трансплантологических проблем во всем их объеме. Это объяснялось тем, что для трансплантации почка обычно бралась от близких родственников, а это снижало уровень тканевой несовместимости и позволяло трансплантату жить дольше. Кроме того, в распоряжении врачей к тому времени уже имелся такой прибор, как «искусственная почка», позволявший проводить гемодиализ, то есть очищать кровь от вредных веществ, накопившихся в ней в результате нарушения функции собственных почек. Сочетанное применение искусственной и трансплантированной почек, наличие второй собственной (пусть больной, но как-то еще работающей) почки давало врачу возможность продлить жизнь пациента на достаточно долгий срок, и поэтому в первый период становления трансплантологии основные проблемы, стоящие перед врачами, носили в основном чисто хирургический характер.

Датой рождения этой науки, по праву, следует считать 3 декабря 1967 г., когда кейптаунский хирург Кристиан Барнард в больнице Хроте Схюр впервые в мире произвел пересадку сердца человека. Первый больной с чужим сердцем, Луис Вакшанский, прожил всего 18 дней, погибнув от присоединившийся пневмонии. Второй человек, которому Барнард пересадил сердце, - Филипп Блайберг, прожил полтора года, а через двадцать пять лет после этих первых операций уже десятки тысяч больных с пересаженным сердцем жили многие годы. Вот здесь во весь рост встали проблемы трансплантационного иммунитета.

Справедливости ради, следует заметить, что все эти вопросы могли начать решаться почти двадцатью годами ранее, когда российский хирург-экспериментатор В. П. Демихов произвел ряд успешных пересадок сердца у собак и столкнулся с теми же проблемами, которые позже встали перед врачами, пересаживавшими сердце человеку. Однако даже самый смелый эксперимент не способен произвести такого ответного общественного и научного впечатления, как операция у человека. И поэтому решение проблемы тканевой несовместимости при трансплантации органов запоздало почти на два десятилетия.

Ваша оценка: Нет Средняя: 3.9 (10 votes)

Главная проблема трансплантологии





Главная проблема трансплантологии связана с процессом отторжения пересаженного органа или ткани. Впервые это явление детально описал в 1963 г. Брент на примере кожного аллотрансплантата. После пересадки чужеродной кожи в течение 4-5 дней наблюдается латентный период. В это время трансплантат васкуляризуется и выглядит вполне нормальным. На 6-7 день появляется отечность трансплантата, отмечаются геморрагии в ткани пересаженного лоскута, при микроскопическом исследовании в этот период обнаруживаются микротромбозы, инфильтрация тканей трансплантата лейкоцитами, дегенерация тканей. Эти явления прогрессируют, и в период с 11 по 14 день трансплантат погибает. Он мертв и даже обратная пересадка его донору не в силах этот лоскут спасти. Если данному реципиенту произвести повторную трансплантацию кожи от того же донора, то второй трансплантат гибнет гораздо быстрее первого. Наблюдается явление ускорения отторжения трансплантата, получившее название second set. В этом случае трансплантат даже не успевает васкуляризоваться и имеет белый цвет. Поскольку second set наблюдается даже в том случае, если повторная пересадка касается другой ткани того же донора, ясно, что данное явление имеет иммунологическую природу. Собственно говоря, second set был описан еще в 1944 г. Питером Медаваром, но в то время трансплантация органов и тканей не имела широкого распространения и подробное изучение этого феномена началось лишь после классических наблюдений Брента.

Ваша оценка: Нет Средняя: 3.5 (6 votes)

Главный комплекс гистосовместимости

Под названием «главный комплекс гистосовместимости» (ГКГС) подразумевается группа генов, кодирующих белки, которые служат маркерами идентичности на поверхности клеток, с которыми посредством своих рецепторов взаимодействуют T-лимфоциты, что и определяет характер иммунного ответа организма на трансплантат. Этот комплекс у человека получил название HLA (human leukocyte antigens). Он расположен на хромосоме 6 и состоит*****38 из группы генов классов I и II. Полиморфизм ГКГС огромен: только в пределах одной хромосомы число возможных комбинаций ее генов превышает 3•106, а в двух хромосомах насчитывается 1013 таких комбинаций. От состава HLA системы зависят не только особенности реагирования организма на трансплантат, но и его резистентность по отношению к многим заболеваниям. Кроме того, установлено, что некоторые болезни связаны с этим комплексом генов (нарколепсия. анкилозирующий спондилит, болезнь Рейтера и др.). Однако в данной главе этот комплекс интересует нас только как маркер гистосовместимости трансплантата. от которого зависит реакция отторжения.

Ваша оценка: Нет Средняя: 2 (5 votes)

Механизмы отторжения трансплантата

Когда стало ясным, что отторжение пересаженного органа имеет иммунологическую природу, начали подробно изучать явления трансплантационного иммунитета, то есть иммунной агрессии хозяина против трансплантата. Этот процесс получил название: реакция - хозяин против трансплантата (РХПТ).

Учитывая важнейшую роль в иммунитете гуморальных факторов, а именно антител, прежде всего обратились к изучению этого механизма иммунитета. Однако вскоре выяснилось, что в отличие от других форм иммунной защиты, при трансплантационном иммунитете антитела не только не играют повреждающей роли, но, наоборот, защищают трансплантат от агрессии со стороны клеточных элементов хозяина. Это явление получило название феномена усиления, поскольку антитела «усиливают» приживление трансплантата, покрывая его и тем препятствуя отторгающему воздействию лимфоцитов. Позднее выяснилось, что не всегда антитела защищают трансплантат, что они также могут проявлять повреждающее действие. Они поражают циркулирующие в крови клетки и разрушительно воздействуют на эндотелий сосудов пересаженного органа. Полагают также, что антитела могут «запускать» процесс воспаления. Однако «феномен усиления» пока под сомнение не ставится.

Дальнейшие исследования показали, что в процессе отторжения трансплантата главную роль играют клеточные элементы - макрофаги и T-лимфоциты. Макрофаги, проникая в трансплантат, подвергают его участки фагоцитозу. Интересно, что еще в 1892 г. эту способность макрофагов разрушать пусть не чужеродные, но стареющие участки тканей организма обнаружил И. И. Мечников.

Однако главную роль в отторжении трансплантата играют T-лимфоциты. Процесс отторжения начинается с того, что Т-хелперы «распознают» «чужие» антигены ГКГС трансплантата. Чаще всего это распознавание осуществляется в результате захвата антигенов донора Т-хелперами хозяина. Полагают, что распознавание может также происходить при контакте донорских антигенов с B-лимфоцитами реципиента. После этого начинается иммунный процесс.

В настоящее время процесс отторжения сводят, в основном, к двум механизмам Во-первых, T-лимфоциты вспрыскивают в трансплантат протеолитические ферменты, вызывающие гибель клеток пересаженного органа. Во-вторых, T-лимфоциты захватывают антигены трансплантата. В этом случае антитела к данным антигенам воздействуют на T-лимфоциты и вызывают их гибель и разрушение. В процессе деградации этих клеток высвобождаются заключенные в них ферменты, вызывающие энзимную деструкцию трансплантата.

Есть также данные, согласно которым в участках трансплантата, прилежащих к тканям хозяина, резко усиливается лизосомная активность в клетках самого пересаженного органа, причем эти лизосомы имеют разрыхленные и разрушенные мембраны, что облегчает выход их ферментов в гиалоплазму, а это может повести к гибели трансплантата из-за аутолиза его клеток. Усиление активности лизосом клеток трансплантата может инициироваться биологически активными веществами, содержащимися в T-лимфоцитах и проникающими в трансплантат либо в результате их вспрыскивания, либо при гибели T-лимфоцитов.

Ваша оценка: Нет Средняя: 4.1 (13 votes)

Проблемы подавления РХПТ

Когда были установлены иммунные основы процесса отторжения трансплантата и выявлены некоторые механизмы этих реакций, для предотвращения процесса отторжения начал разрабатываться ряд методов, связанных с подавлением иммунной защиты хозяина. Были синтезированы препараты, такие, как 6-меркаптопурин, имуран, аметоптерин, циклофосфамид и другие, которые обладали глубоким и стойким угнетающим действием по отношению к иммунологическим реакциям организма. Кроме того, поскольку главным «действующим лицом» процесса отторжения являются T-лимфоциты, в качестве фактора, предупреждающего процесс отторжения трансплантата, была предложена антилимфоцитарная сыворотка (АЛС). Для ее получения выделяли T-лимфоциты человека, которому должна была быть произведена пересадка того или иного органа и вводили их животному, в организме которого к ним вырабатывались антитела. Затем сыворотка крови этих животных, содержащая антитела к лимфоцитам реципиента, вводилась последнему при трансплантации. Таким путем удалось добиться определенных успехов: химические препараты вообще угнетали иммунные реакции, а АЛС дифференцированно ингибировала лишь активность T-лимфоцитов, то есть была направлена только на предотвращение отторжения пересаженного органа.

Однако уже с первых шагов применения в клинике иммунной депрессии обнаружились два ее существенных недостатка, в определенной степени сводящих «на нет» положительный эффект подавления иммунной защиты организма.

При анализе отдаленных результатов трансплантации почек выяснилось, что в условиях послеоперационной иммунной депрессии у этих больных значительно чаще развиваются злокачественные опухоли, чем у больных, у которых иммунодепрессанты не применялись (или применялись в малых дозах и недолгое время). Особенно сильным онкогенным действием обладает АЛС. Таким образом, стало ясно, что трансплантационный и противоопухолевый иммунитет имеют много общего, и что подавление иммунитета в интересах трансплантации делает человека беззащитным по отношению к злокачественным опухолям.

Кроме того, больные, которым после трансплантации вводились ударные дозы иммунодепрессантов, нередко погибали от присоединившейся инфекции. И наверное, в таком ответе на иммунную депрессию заключен глубокий эволюционный смысл. На протяжении миллионов лет в организме создавались и совершенствовались системы защиты от «чужого», и безнаказанно подавлять эти системы оказалось невозможным. Крайне трудно найти грань, по которой возможно пройти, не допустив отторжения трансплантата и, в то же время, не дав организму «сорваться» в интеркуррентную инфекцию. Правда, широкое применение получил препарат циклоспорин-А, получаемый из грибов, который блокирует синтез цитокинов и нарушает процессы представления антигена. При применении этого препарата исключается подавление иммунных сил, направленных против инфекции. Более того, циклоспорин убивает многие микроорганизмы, не давая им возможности инфицировать организм, иммунная система которого угнетена. Однако вопрос о влиянии циклоспорина на противоопухолевый иммунитет пока еще не ясен.

Интересна идея применения моноклональных антител, которые получаются при слиянии отдельного лимфоцита с опухолевой клеткой. В результате образуется практически бессмертная гибридома, позволяющая получить в неограниченных количествах (поскольку опухолевые клетки беспредельно размножаются) антитела, происходящие от одного лимфоцита (то есть антитела, «прицельные» по отношению к определенному антигену, в данном случае, к антигену отторгающих клеток, которые этими антителами будут разрушены).

Вообще, по-видимому, проблема иммуносупрессии без каких-либо осложнений принципиально не решаема.

Существуют и некоторые другие способы предохранить трансплантат от отторгающего действия иммунных сил организма, в частности, для удаления T-лимфоцитов реципиента иногда ему производят дренаж грудного лимфатического протока и удаляют тимус.

Определенный выход из положения дает тщательный подбор доноров по показателям их тканевой совместимости с организмом реципиентов. Однако полной антигенной идентичности донора и реципиента, кроме как у монозиготных близнецов, достичь невозможно.

Рассматривается еще одна возможность. Существуют так называемые лимфоциты-пассажиры, то есть тканевые лимфоциты, находящиеся в паренхиме таких органов, как пищеварительные железы, несущие оба класса антигенов биологической несовместимости на своей внешней поверхности и, следовательно, могущие индуцировать полноценную реакцию хозяина (распознавание и отторжение) против трансплантата. Можно предположить, что, если эти клетки из трансплантата устранить, то он не будет индуцировать реакцию отторжения, так как в этом случае он не будет распознан организмом реципиента как чужеродный.

Есть также путь преодоления тканевой несовместимости, связанный с феноменом иммунологической толерантности.

Голосов пока нет

Иммунологическая толерантность

Впервые явление иммунологической толерантности было описано в 1945 г., когда Овен открыл явление, которому он дал название эритроцитарный мозаицизм.

Суть этого феномена сводилась к следующему. Как известно, дизиготные близнецы, то есть развивающиеся из двух разных яйцеклеток, не являются генетически идентичными, и пересадки органов и тканей между ними не отличаются от тех, которые проводятся между родственниками, то есть отторжение трансплантата наступает. Овен работал с дизиготными телятами-двойнями и наблюдал в некоторых случаях сращение плацент, что означало наличие у этих близнецов во внутриутробном периоде общего кровообращения Когда такие телята рождались, то у них в крови определялись эритроциты обеих групп (и того, и другого теленка), причем организм хозяина «чужие» эритроциты не разрушал. Исследователь, открывший этот феномен, его отметил, но не смог подняться до высот общебиологического обобщения наблюдаемых фактов. Объяснение данному феномену пришло восемью годами позже, когда Хазек и Медовар, совершенно независимо друг от друга, открыли явление биологической толерантности. Хазек работал с птичьими эмбрионами и создавал у них в эмбриональном периоде перекрестное кровообращение, которое прерывалось при вылуплении цыплят из яйца. Затем производилось переливание крови от одной группы птиц к другой. Хотя группы крови у донора и реципиента были разными, разрушения эритроцитов донора в организме реципиента не происходило.

Опыты Медавара были несколько иными. В его лаборатории занимались пересадкой кожи у подопытных животных (мышей) и применяли в целях контроля за приживлением и отторжением трансплантата следующий тест. Брались мыши двух различных генетических линий, одни из которых имели белую, а другие - черную шерсть. Пересаживая животным перекрестно кусочки кожи, исследователи, учитывая цвет трансплантата, могли легко следить за процессами его приживления и отторжения. Естественно, что в данном случае приживления не было, и островки кожи с волосами другого цвета у животных не появлялись. Далее эксперимент проводился в следующей модификации. Беременным черным самкам в течение нескольких последних дней беременности внутриматочно тонкой иглой в стерильных условиях вводилась взвесь клеток кожи, взятой у белых мышей. Когда потомство появилось на свет, мышатам произвели пересадку кожи от их белых собратьев. Произошло приживление трансплантата. Таким образом, на основании опытов Овена, Хазека и Медавара было установлено, что при контакте организма в процессе его эмбриогенеза с чужеродными клетками он перестает реагировать на их антигены не только в эмбриональном, но и во взрослом состоянии. Это явление и получило название иммунологической толерантности, то есть нечувствительности иммунной системы к антигенам, с которыми был контакт в процессе эмбриогенеза. Дальнейшей разработкой этой проблемы наиболее активно занимался Питер Медавар, поэтому явление иммунологической толерантности связывают в основном с его именем.

Этому феномену дается следующее определение:

Иммунологическая толерантность -это состояние ареактивности по отношению к субстанциям, которые в обычных условиях вызывают развитие иммунологической реакции.

Состояние иммунологической толерантности характеризуется рядом особенностей:

- толерантность индуцируется антигенами;

- толерантность иммунологически специфична, то есть она развивается по отношению к конкретному антигену;

- толерантность не представляет собой реакции, развивающейся по принципу «все или ничего», возможны ее количественные варианты.

Развитие толерантности обуславливают следующие факторы:

1. Наличие адаптивного периода: последние недели эмбриогенеза - первые дни после рождения.

2. Степень чужеродности антигена. Чем ближе данный организм по своему генетическому составу к тому, чей орган или ткань впоследствии будут пересажены, тем эффективнее состояние толерантности. Другими словами, этот феномен наиболее ярко проявляется внутри одного вида.

3. Наиболее хорошо индуцируют толерантность клетки, способные к активной пролиферации, например, клетки кроветворной ткани.

4. Для развития состояния толерантности большое значение имеет доза антигена: нужно вводить антиген из расчета больше, чем одна молекула антигена на клетку лимфоидной ткани.

Правда, при применении некоторых антигенов, в особенности, при введении микроагрегатов белков сыворотки крови, отмечается развитие низкодозовой толерантности, индуцируемой малыми дозами антигена.

5. Состояние толерантности должно поддерживаться повторными введениями антигена; с исчезновением из организма антигена исчезает и состояние толерантности к нему.

6. Толерантность может быть перенесена пассивно введением клеток лимфоидной ткани от толерантного организма.

Хотя в классических опытах Овена, Хазека и Медавара толерантность вызывалась при контакте антигена с эмбрионами, это состояние можно получить и у взрослых организмов. Еще в 1949 г. Фелтон описал явление, которому он дал название иммунологический паралич. Суть экспериментов Фелтона сводится к следующему. Мышам вводились полисахариды, выделенные из пневмококков, в дозе 0.5 мг. После этого у животных развивался иммунитет к пневмококку и введение им вирулентной дозы этих микробов не приводило к развитию инфекционного процесса. Другим мышам тот же полисахарид вводился в дозе 500 мг. У этих животных к пневмококку развивалось состояние полной ареактивности, и при введении им затем вирулентной дозы пневмококков мыши погибали при явлениях полного отсутствия иммунологической защиты против этого инфекта. В дальнейшем сходные явления были получены и в трансплантологии: оказывается, чем больше по величине трансплантируемый кожный лоскут, тем он медленнее отторгается. Другими словами, введением очень больших доз соответствующего антигена (или же частым его введением) можно вызвать состояние иммунологической толерантности у взрослого организма, добившись таким образом приживления трансплантата. Состояние иммунологического паралича длится 2-3 месяца, но может быть пролонгировано дополнительными инъекциями антигена.

Состояние толерантности может быть индуцировано и с помощью лекарственных препаратов. Упомянутые выше иммунодепрессанты, хотя сами по себе не вызывают явлений иммунологической толерантности, но их введение животным с толерантностью к тому или иному антигену может укрепить состояние толерантности. Правда, в этом случае возникает опасность общего подавления иммунной системы и присоединения интеркуррентных инфекций.

В развитии состояния толерантности важную роль, по-видимому, играет генотип организма. Хотя прямых доказательств этому пока нет, тем не менее тот факт, что у одних животных можно, а у других нельзя вызвать состояние иммунологической толерантности, говорит о возможной роли генотипа в этом процессе.

Каково же современное представление о механизмах развития иммунологической толерантности? Возможны несколько путей ее развития.

- Во-первых, в процессе эмбриогенеза при контакте иммунной системы с чужеродными клетками могут изменяться иммуноглобулиновые рецепторы B-лимфоцитов.

- Во-вторых, комплексы «антиген-антитело» могут вызывать состояние толерантности, блокируя рецепторы B-лимфоцитов.

- В-третьих, Т-киллеры, находясь в состоянии толерантности, теряют свою агрессивность и не участвуют в процессе отторжения трансплантата. По-видимому, переход Т-киллеров в такое состояние связан с тем, что антиген, введенный в течение эмбрионального периода, блокирует специфические рецепторы на поверхности T-лимфоцитов, которые вследствие этого теряют свою агрессивность.

Таким образом, состояние иммунологической толерантности - это не пассивный процесс, связанный с отсутствием каких-либо клеток, реагирующих на данный антиген. Это - активное состояние, обеспеченное, прежде всего, изменением рецепторного аппарата Т-киллеров.

Толерантность не является пожизненным состоянием. Она исчезает при:

- удалении внеклеточного антигена;

- деградации внутриклеточного антигена;

- возрастании в организме в результате размножения количества иммунокомпетентных клеток организма.

Эти три явления представляют собой три последовательные стадии процесса, называемого отменой толерантности.

Ваша оценка: Нет Средняя: 4.4 (24 голосов)

Реакция трансплантат против хозяина (РТПХ)

С открытием феномена иммунологической толерантности перед иммунологами и трансплантологами открылся весьма перспективный путь преодоления тканевой несовместимости. Однако уже с первых шагов работы над этой проблемой исследователи столкнулись с осложнением, получившим название реакция -трансплантат против хозяина (РТПХ).

Это явление было обнаружено, когда в эксперименте состояние толерантности стали создавать по отношению к иммунокомпетентным клеткам, в частности, к клеткам костного мозга. Трансплантация кроветворной ткани была обусловлена чисто практическим требованием, связанным с лечением лучевой болезни, при которой кроветворная ткань угнетается чрезвычайно глубоко. Попытки трансплантации костномозговой ткани эффекта не дали, причем нередко после этой операции больной быстро погибал при явлениях резчайшего подавления иммунной защиты организма.

Попытка введения клеток костного мозга в эмбриональном периоде с целью выработки к ним состояния иммунологической толерантности привела к тому, что большинство новорожденных животных в период 2-4 недель после рождения погибало при явлениях резкого отставания в физическом развитии, поносов, дерматитов и кровоизлияний во внутренние органы. У таких животных отмечались также спленомегалия, то есть увеличение селезенки, поражение печени и лимфоидной ткани, иммунодепрессия.

Поскольку наиболее ярким внешним симптомом этой болезни был карликовый рост животных, она получила название рантинг или болезнь рант. У взрослых особей при пересадке костного мозга отмечались все те же симптомы, кроме, разумеется, карликового роста, и заболевание также неизбежно заканчивалось гибелью организма.

Создавалось впечатление, что трансплантат становился иммуноагрессивным и «отторгал» организм хозяина, откуда и произошло название РТПХ.

Было установлено, что для возникновения РТПХ необходимо соблюдение ряда условий:

1. Трансплантат должен обладать иммунологической активностью, так как РТПХ - это иммунная агрессия. Поскольку клетки иммунной системы весьма обильно разбросаны по организму, а некоторые органы представляют собой их массивное скопление, оказалось невозможным индуцировать состояние толерантности в отношении следующих тканей (а следовательно, и их трансплантировать): костный мозг, лимфоидная ткань, селезенка, печень, тимус. Столь строгие ограничения в пересадке органов и тканей резко сужают возможности трансплантологии.

2. Реципиент должен быть чужеродным в антигенном отношении для иммунологически активного трансплантата, поскольку в любом иммунном процессе необходима антигенная несовместимость. К сожалению, это условие, естественно, соблюдается практически при любой аллогенной трансплантации, поскольку лишь в случае пересадки органов и тканей между монозиготными близнецами оно будет нарушено, а это встречается крайне редко.

3. Реципиент должен обладать определенной иммунологической инертностью, то есть его иммунная защита в силу тех или иных причин должна быть подавлена, он должен быть неспособен отторгать трансплантированные клетки агрессора, иначе эти клетки будут разрушены раньше, чем успеют агрессию осуществить. Другими словами, развитие реакции трансплантат против хозяина должно опередить развитие реакции хозяин против трансплантата.

Существует несколько форм этой иммунологической инертности хозяина:

1. Реципиент иммунологически инертен вследствие незрелости иммунной системы (у эмбрионов или новорожденных развитие болезни рант). Таким образом, создание иммунологической толерантности к иммунокомпетентным клеткам в процессе эмбриогенеза невозможно.

2. Иммунологическая инертность реципиента вызвана летальным облучением. У такого пациента трансплантированная кроветворная ткань приживается, некоторое время оказывает на пораженного радиацией благоприятное действие, спасая его от последствий лучевой болезни, а затем убивает его посредством РТПХ. Таким образом, пересадка костного мозга людям, пораженным смертельными дозами ионизирующей радиации, а также страдающих лейкозами, при которых резко подавлен иммунитет и извращена деятельность собственного костного мозга, во-первых, требуют соблюдения ряда условий (лейкозы), а, во-вторых, ее успех весьма проблематичен.

3. Если при введении клеток костного мозга животному в процессе эмбриогенеза болезнь рант не развилась, а возникло состояние иммунологической толерантности, введение аналогичных клеток такому взрослому животному немедленно вызовет развитие РТПХ, так как именно к этим клеткам организм толерантен и потому не способен с ними бороться. Создается порочный круг: толерантность, делая организм иммунологически инертным к данному антигену, обуславливает развитие РТПХ со стороны клеток, содержащих этот антиген.

Действенных средств борьбы с РТПХ пока не найдено. Чтобы прекратить эту реакцию, необходимо усилить процесс отторжения агрессивного трансплантата, то есть вызвать РХПТ, сведя таким образом на нет саму цель трансплантации.

Таким образом, и на этом направлении перед трансплантологией стоят весьма серьезные препятствия.

Ваша оценка: Нет Средняя: 2.8 (18 votes)

Плод как трансплантат

Рассмотрение проблем трансплантационного иммунитета и определение круга задач, стоящих перед этой отраслью медицинских наук, было бы неполным без хотя бы самого общего анализа взаимоотношений организма матери и плода, поскольку, если исходить из положения о том, что антиген - это носитель чужеродной для организма генетической информации, и что организм отторгает ткани, содержащие не его антигены, необходимо попытаться найти ответ на следующие два вопроса:

1. Почему организм женщины не отторгает сперматозоид, который несет исключительно чужеродную для женского организма информацию?

2. Почему организм матери не отторгает плод, половина антигенов которого является отцовской, то есть опять-таки содержащей чужеродную в генетическом отношении для организма женщины информацию?

На первый из этих вопросов ответ достаточно прост. При оплодотворении сперматозоид проникает внутрь яйцеклетки, следовательно, заключенная в нем генетически чужеродная информация (то есть его антигены) защищена от организма антигенами яйцеклетки, которые для организма женщины, естественно, чужеродными не являются.

Однозначного ответа на второй вопрос пока нет. Предполагают, что в областях непосредственного контакта тканей плода с кровью матери, с ее лимфоцитами, существует защитный барьер материнских антигенов (хотя чисто структурно наличие такого защитного слоя трудно представить). Возможно, в непосредственном преддверии родов в силу изменения метаболических процессов в организме плода, отцовские антигены становятся «обнаженными» и начинают контактировать с иммунокомпетентными системами матери. При этом происходит поражение плаценты, нарушение кровоснабжения плода, что включает целую цепь метаболических и рефлекторных реакций, приводящих к началу родового акта. Таким образом, роды -это своеобразная реакция хозяина (организма матери) против трансплантата (плода).

Такая трактовка родового акта является пока чисто умозрительной спекуляцией. Однако ряд экспериментальных и клинических данных показывает, что в процессе осложненной беременности имеется ряд ее существенных нарушений, которые в одних случаях можно трактовать как РХПТ, а в других, как РТПХ.

Так, например, внутриутробную гибель плода, самопроизвольные выкидыши можно рассматривать с позиции развития реакции хозяина против трансплантата, возникающей в результате нарушения на тех или иных сроках беременности защитного иммунологического барьера.

С другой стороны, поздние токсикозы беременности, которые в ряде случаев приводят к развитию в организме матери тяжелейших патологических процессов и даже к ее гибели, можно оценивать как иммунную агрессию плода против организма матери.

Имеются также данные, что внутриутробная асфиксия плода вследствие гиперкоагуляции крови в сосудах плаценты с последующими их микротромбозами является следствием иммунного повреждения системы гемостаза у плода и представляет собой, таким образом, проявление реакции хозяина против трансплантата.

Ваша оценка: Нет Средняя: 5 (2 голосов)